Здесь, на Ближнем Востоке, расположена земля Обетованная,
родина пророков, пережившая череду сменяющих друг друга оккупантов.
Евреи настаивают на своей 3000-летней связи
с библейским каменистьым ландшафтом,
и одновременно с ними право на эту землю утверждают арабьы.
В 1993 году у этих двух народов появилась реальная возможность
положить конец многовековому конфликту и вступить в новую
историческую фазу. Подписание соглашения в Осло
бьыло оценено как собьытие мирового масштаба.
Мьы, сражавшиеся против вас, палестинцев,
говорим вам громко и отчетливо:
Довольно крови и слез! Довольно!
Так этот регион сделал первьый шаг к перемирию.
Арабский мир обрел новую надежду.
У меня есть основания считать этот период переломным
не только для израильтян и палестинцев,
но и для всего региона в целом, а может, и для всего человечества.
Главным в договоре с Арафатом было принятие новой тактики -
решать все конфликты не военным, а дипломатическим путем.
Альтернатива мирному процессу - одна: обострение конфликта
до масштабов боснийской или белфастской трагедии.
Посредник для ведения переговоров должен быть также
носителем идей и выражать надежду своего народа.
Я еще не видел палестинского лидера, который честно сказал бы
своему народу: "Не все наши требования выполнимы.
Надежды должны быть умеренными".
Мы надеемся, что в 21-м веке у нас будет свое государство.
Однако это невозможно, если Израиль будет продолжать
содержать нас в условиях прошлого века.
Дорога эта была нелегкой, и, к сожалению,
не обошлось без кровопролития.
Западный берег и Газа являются самыми спорными территориями,
а соглашение Осло - одной из самых спорных деклараций в истории.
Вправе ли мы похоронить надежду? Может, она еще жива?
ИЗР АИЛЬ: ВОЗРОЖДЕНИЕ НАЦИИ Рассказывает Аба Ибан
Часть 6-я: "На пороге перемирия"
Я, Аба Ибан, 12 лет был послом Израиля в ООН и в США.
Я занимал пост министра иностранных дел 8 лет.
Помимо политической деятельности я постоянно
участвовал в мирном процессе, искал способ
положить конец арабо-израильскому конфликту.
Цель эта казалась недостижимой вплоть до 1993 года,
года подписания судьбоносного соглашения в Осло.
Этот фильм посвящен событиям, предшествовавшим этому договору,
равно как и его трагическим последствиям,
которые пошатнули сами основы мирного договора
и теперь угрожают возобновлением
конфликта между арабами и евреями.
Конфликт Израиля с арабскими странами начался еще в 1948 году.
Шесть раз этот конфликт перерастал в войну.
В 1967 году страна воевала с Сирией, Иорданией и Египтомж в ходе войны
Израиль захватил Западный берег Иордана, сектор Газа и Синай.
Более миллиона арабов оказались под властью израильтян.
Лидером оккупированной нации стал Ясер Арафат.
Израиль и США видели в нем лидера террористической организации,
чьей целью было освобождение Палестины от сионистов.
В 1979 году Израиль и Египет нашли иной способ разрешения конфликта.
Мирное соглашение в обмен на уход Израиля с Синая.
Садат заплатил за этот договор жизнью.
В 1982 году он был убит арабскими фундаменталистами.
Но мир пережил его.
Первые 10 лет после заключения мира были трудными для Египта.
Лишь в 1989 году все поверили, что египтяне стремятся к миру.
Палестинцы, а с ними - и сирийцы, вступили в переговоры,
был подписан договор с Иорданией, а затем - с палестинцами.
Однако если диалог с Каиром был налажен,
то переговоры с Западным берегом были до сих пор невозможны.
Бунт арабской молодежи Газы и Западного берега Иордана
был направлен против израильских оккупантов,
и вскоре мир узнал слово "Интифада".
Интифада определила судьбу Джумы Алиана: он и 3 его брата оказались
в тюрьме. Их сестра погибла от израильской пули.
До начала интифады мы не понимали, что такое жизнь.
Мы жили незадумываясь и даже не мечтали
о своем государстве и вообще о чем бы то ни было своем.
Интифада пробудила в нас чувство гордости. Я - один из многих,
кто обязан интифаде своим истинным рождением.
Для палестинского населения Западного берега и Газы
интифада стала ключевым этапом самоидентификации.
Они обрели нерушимое единство.
Палестинцы показали всему миру готовность стоять на своем.
Роль оккупанта стала в тягость Израилю.
Солдаты ЦАХАЛа неожиданно для себя оказались лицом к лицу
с вооруженными камнями палестинскими подростками.
Население Израиля ощущало острую потребность найти решение.
По окончанию холодной войны США и СССР предложили провести
конференцию в Вашингтоне или Мадриде. Предложение было принято.
Однако избитые формулы взаимных обвинений
завели переговоры в тупик.
В июне 1992-го партия Труда, предложившая в ходе предвыборной
кампании проведение мирных реформ, победила на выборах.
Партию возглавлял бывший глава генштаба Ицхак Рабин.
Он прошел все войны Израиля, начиная с Войны за Независимость,
как воин высшего командного состава. Теперь ему
предстояло применить свой опыт в сфере дипломатии.
Его избрание стало выдающимся событием в истории страны и нации.
Переговоры в Мадриде не увенчались успехом по причине
упорного отказа Израиля и США вести переговоры с ООП,
представляющей интересы большей части арабов
Западного берега и Газы. Однако Рабин и министр иностранных дел
Перес поставили себе целью найти кардинально
новый путь к достижению мира.
Это и стало предысторией соглашения в Осло - одного из самых
выдающихся дипломатических соглашений последнего времени.
Необходимость начать переговоры с ООП была очевидна.
Но в Израиле контакты такого рода были запрещены законом.
Существуют разные версии насчет того, кто именно
предложил в качестве альтернативы тайные переговоры.
Главный советник ООП Абу Аля был первым, кто предложил
доверить роль посредника Норвегии.
Другим действующим лицом был Терри Ларсен, работавший в Газе
и пользовавшийся доверием обеих сторон.
Абу Аля впервые обратился ко мне, когда я прибыл к Арафату в Тунис.
В ноябре 1992 года он попросил меня обратиться к норвежскому правительству
за поддержкой в проведении тайных переговоров
между лидерами ООП и официальными представителями Израиля.
Ларсен прибыл в Тунис и вручил мне приглашение на семинар,
который состоится в Норвегии при участии некоего Гиршфельда.
Яиру Гиршфельду, возглавлявшему израильскую делегацию
из двух человек, была доверена особая роль.
Он был профессором Хайфского ун-та, и отсутствие политических
связей позволяло ему спокойно встретиться с лидерами ООП.
Он должен был информировать премьер-министра Иоси Бейлина.
Запрет на контакты с ООП был главным препятствием.
Позже он был снят, и путь в Осло был открыт,
но секретность переговоров была абсолютной необходимостью.
В противном случае о взаимном доверии не могло быть и речи.
Переговоры начались под видом научного семинара.
Необходимость блюсти секретность вызывала ряд неудобств.
Главной заботой была секретность. Кажется, только один раз норвежцы
просили нас регистрироваться в гостинице под вымышленными именами.
Мы прибыли в столичную гостиницу около часа ночи,
и администратор, выдававшая ключи, спросила мою фамилию.
Я посмотрел на нее и ответил: "Вы знаете, я забыл".
Осло не подходил для переговоров, будучи слишком людным местом.
Поэтому для тайных встреч было выбрано имение одной
норвежской компании, находившееся в 100 км от столицы.
Переговоры велись там с января по май 1993 года.
Первым необходимым условием было то,
что сказанное в ходе переговоров остается между нами.
Оно может дать материал для разработки идей,
но не исключается, что через три недели
или через пару месяцев все придется забыть.
Роскошная и одновременно простая
обстановка имения начала 20-го века
способствовала разрушению штампов и обретению доверия.
Отношения между нами были хорошие.
Сложнее было достичь такого уровня взаимопонимания, при котором
возможная резкость позиции одной из сторон при переговорах
не повлияет на отношения на человеческом уровне.
Я начал с предупреждения: "Если вы будете вспоминать прошлое,
то переговоры будут длиться 100 лет без сдвигов.
Если вы хотите сделать главной темой будущее, точнее, настоящее
и будущее, каким вы хотите его видеть - у нас все получится".
Однако палестинцы не были уверены в полномочиях Гиршфельда.
Я сказал ему: "У Израиля должен быть представитель,
и, если Вы скажете мне, что этот представитель - Вы, я поверю.
В противном случае я требую прислать его, а нет - я выбываю".
После долгих колебаний в состав делегации для переговоров
был избран генеральный директор МИДа Ури Савир.
Теперь было ясно, что речь шла не о семинаре, а о переговорах.
Первая встреча Савира с представителями ООП прошла
на лыжной базе, принадлежавшей норвежскому правительству.
Это была первая официальная встреча двух наций.
Я помню, что очень нервничал.
У спокоиться не давало сознание значительности
дела, которое мне доверили.
Я помню, что во время первой прогулки по норвежским лесам
мы рассказывали друг другу о себе, о своей жизни.
Постепенно мы, что называется, нашли общий язык.
Нам очень повезло, что мы нашли такой человеческий контакт.
И на этом контакте строились не только переговоры,
но и соглашение, к которому мы пришли в ходе этих переговоров.
В дальнейшем начали возникать препятствия.
Препятствий было много, но сложнее всего стало тогда,
когда Израиль захотел изменить саму концепцию соглашения.
И тогда я сказал: "Боюсь, это невозможно".
И он сказал: "Вы знаете, похоже, компромисса мы не достигнем,
поэтому я выбываю из состава делегации".
Он полчаса говорил с преемником, которого не было с нами.
Он выразил надежду, на то, что его преемник добьется большего.
Я не был уверен в его искренности ни тогда, ни сейчас.
Главные споры вызывал отказ Израиля уйти с Западного берега.
Израиль не был уверен в надежности Арафата как партнера.
Ларсен побывал у него, после чего израильтяне хотели знать все детали.
Перес с коллегами устроили мне настоящий допрос.
Им недостаточно было передачи слов Арафата, меня спрашивали:
"Как именно он выразился? Приведите его точные слова.
Вы уверены, что акцент был сделан на этом? Повторите.
Насколько Вы ему доверяете? Можно ли вообще ему доверять?"
У сторон постепенно созревала готовность к компромиссу.
Во время визита в Скандинавию в августе 1993 года Перес
тайно встретился с Терри Ларсеном и с норвежским премьером Хольстом.
Он беседовал по телефону со штабом ООП в Тунисе.
Телефонный разговор между Тунисом, где находился Арафат,
и Стокгольмом, где находился я, длился 6 часов, и лишь
в последний момент ощутилась готовность к компромиссу.
Я услышал радость собеседника, слезы в его голосе, и
ощущал атмосферу нерешительности на том конце провода.
Я позвонил в Тунис, мистер Хольст поздравил Арафата,
потом я сам поздравил Арафата и Абу Аля и слышал,
как дрожали от волнения голоса моих собеседников.
Мы были уверены, что первый шаг к освобождению
палестинского народа и к заключению мира сделан.
Переговоры длились 8 месяцев. Завершающим этапом
стало тайное подписание соглашения в Осло.
Странное ощущение во время подписания Декларации о принципах
вызывал контраст между присутствием 13-ти человек в маленьком кабинете
с занавешенными окнами и полицейскими камерами и их
тайным действом, которое должно было повлиять на весь ход истории.
Переходный период, оговоренный Декларацией принципов,
не должен был превышать 5 лет.
Сектор Газа и Иерихон переходили к палестинцам.
Также оговаривались экономические программы и строительство нового порта.
Следующий этап включал вопрос о статусе Иерусалима и др.
13 сентября 1993 года Рабин и Арафат предстали перед Белым домом.
Заклятые враги встретились, чтобы заключить перемирие.
Соглашение, начатое в тайне от всех, теперь лицезрели все.
На глазах у всех Рабин и Арафат пожали друг другу руки.
Дружеское рукопожатие между заклятыми врагами.
Это было чудом, в которое мы вынуждены были поверить.
Лидеры двух наций вступили на путь взаимного доверия.
Это доверие возникло в неофициальной обстановке:
оно обязано своим зарождением длительным контактам
на человеческом уровне в далекой Норвегии.
Теперь на глав обеих наций ложилась ответственность сохранить
это доверие, достигнутое с таким трудом.
Первые несколько месяцев в регионе царила эйфория.
Израильская оккупация Газы длилась 30 лет.
Заключенный в Осло договор положил этому конец.
Через 9 месяцев после визита в Белый дом Арафат
впервые за долгие 30 лет ступил на палестинскую землю.
В 1972 году он был изгнан из Иордана,
в 1982 году - выслан в Тунис,
и теперь вернулся домой победителем и героем.
В день прибытия в Газу Арафат был безмерно счастлив.
Мы обязаны ему бесконечно многим. Благодаря ему мы обрели родину,
в которой мы могли говорить, жить и дышать воздухом свободы.
Заключение договора неожиданно оказалось выгодным для Израиля.
40-летний арабский экономический бойкот был снят.
Переменилось и отношение арабских стран к Израилю.
Арабские эмираты начали искать контактов с Израилем,
отводили ему значительную роль на экономических конференциях.
Атмосфера всеобщей воодушевленности
способствовала улучшению отношений с Иорданией.
Формально мир с ней не был заключен,
но на границе уже много лет царило спокойствие.
Теперь у двух стран появилась возможность заключить перемирие.
В октябре 1994 года, через год после перемирия с Арафатом,
был положен конец полувековому конфликту с Иорданией.
Это уникальный, неповторимый день,
день невиданных доселе надежд и твердых решений.
Мы заключаем этот мир в надежде на то, что детям двух народов
не придется узнать ужасы войны, а матерям - оплакивать их.
Пример арабских соседей вдохновил сирийцев,
и они начали переговоры, темой которых стал возврат
Голанских высот, захваченных в ходе Шестидневной войны.
Провал переговоров не уменьшает значимости этого шага.
Препятствовать участию в мирном процессе недопустимо хотя бы
потому, что это заведомо исключает возможность достижения мира.
Если нам удастся достичь перемирия с Сирией
без ущемления собственных интересов, то можно будет
сказать, что ближневосточный конфликт практически разрешен.
Заключив мир с Египтом, мы заложили фундамент здания мира,
а мир с Сирией завершит его строительство.
Изменения в арабском восприятии Израиля стали ключевым фактором,
определившим развитие событий после соглашения в Осло.
Соглашение повлияло на все сферы жизни.
Желание заключить дипломатические отношения с Израилем выразили
более 100 стран, иностранные инвестиции значительно увеличились.
Израиль достиг невиданного доселе международного статуса.
Однако у соглашения в Осло были непримиримые противники:
израильские поселенцы и радикально настроенные арабы.
Тех и других сразу предупредили, что их протест
может свести на нет все достигнутое.
Однако те не изменили своих позиций,
а их протест принимал все более угрожающие масштабы.
В арабском лагере главными выразителями протеста стали
организации "ХАМАС" и "Исламский джихад".
Их лидеры требовали от Израиля полного освобождения территорий.
Рази Хамад служит корреспондентом "Хамаса" в Газе.
Израиль каждый раз обещает уйти с территорий и дать
палестинцам свободу и независимость, однако не спешит выполнять обещания.
На Западном берегу за мной следят израильские патрули.
В Израиле против соглашений выступают религиозные
националисты, такие как Гершон Бар-Кохба.
У ход с территорий означает отказ от борьбы за неделимый Израиль.
Когда был подписан договор, от меня словно отрезали часть тела.
Боль искалеченной страны передалась мне.
Религиозный фанатизм враждебных процессу лагерей создавал почву
для конфликтов, которые являли собой угрозу мирному процессу.
Первая трагедия разразилась в пещере "Махпела" в Хевроне,
в месте, являющемся священным как для иудеев, так и для арабов.
В феврале 1994 года Барух Гольдштейн открыл огонь по арабам.
29 молящихся арабов было убито. Гольдштейн был забит до смерти.
Из этой трагедии необходимо сделать выводы.
Убийство в Хевроне - не только человеческая трагедия.
Оно доказывает, что проживание фанатично настроенных
евреев в арабских кварталах означает - постоянные конфликты.
В апреле 1995 года, в качестве акции возмездия,
террористы-самоубийцы взорвали два израильских автобуса.
В результате теракта 14 человек погибло и 72 получили ранения.
Инцидент вызвал в израильском обществе потрясение и гнев.
Две бомбы, взорвавшиеся в самом центра Израиля,
были местью за оккупацию территорий.
Одним из главных аспектов конфликта является борьба
двух наций за историческое право на Западный берег Иордана.
Палестинцам недостаточно уступок, на которые согласился Израиль.
В числе арабских представителей в Мадриде был д-р Аль-Шафи.
Наша идеология считает еврейскую оккупацию незаконной.
Мы требуем возврата всех захваченных территорий, включая
Восточный Иерусалим. Без них заключение мира невозможно.
В 1977 году Ликуд начал политику расширения поселений.
Численность поселенцев достигла 120 тысяч.
Вокруг поселений проживает в общей сложности миллион арабов.
Большая часть поселенцев - ортодоксы или националисты.
Их интересы выражают такие организации, как "Гуш Эмуним".
Наше поселение географически изолировано.
Поэтому нельзя сказать, что мы живем с ощущением опасности.
Нас тревожит отсутствие политической поддержки,
поскольку общественное мнение настроено против нас.
Для поселенцев эти места - земля, завещанная нам в Библии,
и они ощущают связь с этой землей.
Дов Вайншток живет на Западном берегу с 1967 года.
Недавно он потерял старшего сына - его застрелили двое арабов.
Однако никакая сила не заставит его покинуть это место.
Связь моего народа со своей землей - самая сильная на свете.
И то, что желание вернуться сюда не пропало за 2000 лет изгнания,
доказывает, насколько крепко мы связаны с этой землей.
Осуждение со стороны мирового сообщества не поколебало
веры поселенцев в законность и историческую оправданность
еврейского присутствия на территориях.
В разгар лета 1995 года поселенцы устроили акцию протеста
в связи с решением расширить территорию автономии.
Цель акции была ясна: не допустить
передачи Палестине столь значительной территории.
Санкций не последовала, и акции перешли на новый уровень.
Осенью партия "Ликуд" провела в городах серию митингов,
которые становились все более массовыми и агрессивными.
Страна раскололась на 2 лагеря, и все больше становилось тех,
кто полагал, что мирный процесс был начат преждевременно,
а теперь зашел слишком далеко.
Лозунги правых обретали открыто подстрекательский характер.
Рабин стал объектом осуждения.
Правые экстремисты называли его фашистом и предателем.
Партия Труда устроила в Тель-Авиве митинг сторонников мира.
Она состоялась 4 ноября 1995 года.
В 10 часов вечера Ицхак Рабин был застрелен
студентом юрфака, непримиримым противником мирного процесса.
Страна надолго погрузилась в траур.
Эта утрата стала трагедией для всего мира.
То, что мне довелось сотрудничать с этим человеком
и знать его лично - огромная честь для меня.
Даже в это трудное время он не падал духом,
а значит, и вы не вправе поддаваться пессимизму.
Он погиб за мир, пав жертвой ненависти.
Его гибель - это предупреждение: тот, кто не способен научиться
терпимости, сеет ненависть среди своего народа.
Позорное убийство Рабина всколыхнуло весь Израиль.
До настоящего времени никто не мог себе представить,
что в Израиле может быть совершено подобное преступление.
Страшнее всего было то, что у убийцы появились
единомышленники среди сограждан: фанатично настроенные евреи,
считающие уход с завоеванных территорий преступлением.
Целью убийства Рабина было сорвать мирный процесс.
На первых порах казалось, что оно вызвало обратный эффект.
Оппозиция долго не могла оправиться от потрясения.
4 города были отданы ООП, что практически не вызвало протеста.
Через 3 месяца после гибели Рабина был осуществлен следующий
этап соглашения в Осло: в Палестинской автономии прошли первые выборы.
Но большинство из оппозиции не участвовали в выборах.
Для Палестины это было важным событием.
Законодательный орган состоял из 88-ми человек,
а возглавил его Ясер Арафат.
Со дня подписания соглашения в Осло прошло 2.5 года.
Основной конфликт был сосредоточен на секторе Газа.
У словия в лагерях беженцев были по-прежнему невыносимыми,
однако обретение лидера способствовало поднятию духа.
На смену израильским патрулям пришла палестинская полиция.
Незастроенные районы начали интенсивно застраиваться.
Опросы показывали, что 70% палестинцев поддерживают процесс.
Народ, бывший марионеткой в руках США и арабских стран,
обретал свое национальное лицо.
К сожалению, не обошлось и без разочарований.
Международные фонды обещали миллионные инвестиции,
однако палестинское население увидело лишь малую часть этих денег.
Правительство автономии все чаще показывало свою неэффективность.
Правительство не желает считаться с решениями совета
и не оправдывает наших надежд
на осуществление демократических реформ.
Критике подвергался также Израиль.
Я вынужден заявить, что Израиль отклоняется от выполнения
условий соглашения, подписанного в Вашингтоне.
Благодаря этим соглашениям мы обрели веру в лучшее будущее.
Однако 90% Западного берега были по-прежнему оккупированы.
Желанная цель кажется далекой, и это повергает в отчаяние.
Результатом стала серия терактов, убившая надежду на перемирие.
В течение долгих месяцев Израиль вел слежку за Ихье Айяшем,
разработавшим план терактов в автобусах.
Айяш погиб от вмонтированного в телефон взрывного устройства.
План убийства приписывался израильскому Моссаду.
На Западном берегу это вызвало невиданную доселе вспышку гнева.
"Хамас" и "Исламский Джихад" поклялись отомстить за него.
До настоящего времени Израиль понимал только язык силы.
Мы живем под властью оккупантов, а как известно,
декларация прав человека признает борьбу с оккупантами законной.
В промежуток между 25 февраля и 3 марта 1996 года
террористы взорвали 3 автобуса и промышленный центр.
60 человек погибло, более 150 было ранено.
Было очевидно, что арабские экстремисты
выбрали подходящий момент для действий,
направленных на срыв мирного процесса.
"Хамас" не ожидал, что Арафат планировал благодаря
соглашению в Осло добиться изменений в регионе.
"Хамас" не намерен был прекращать
вооруженную борьбу с израильскими оккупантами,
а Арафат продолжал утверждать, что его стратегия остается мирной.
Арафат вступил в конфликт с "Хамасом",
чтобы подтвердить мировому сообществу, что он - противник террора.
Чтобы предотвратить новые теракты,
Израиль решил закрыть арабские территории.
80 тысяч арабов, работавших на территории Израиля,
остались без средств к существованию.
Атмосфера безнадежности порождала желание мести.
Под влиянием терактов позиция правых становилась все жестче.
Преемник Рабина Шимон Перес решил провести выборы в июне.
Драматические события этой весны отложили отпечаток на будущее.
Соглашение в Осло было обещанием мира и безопасности.
Хамас, равно как и противники мирного процесса, это понимали.
Взрывающиеся автобусы противоречили безопасности.
Под воздействием террора мышление израильтян претерпело изменения,
причем именно этих изменений и добивались террористы.
Арафат доказал свою неспособность или нежелание бороться с террором,
а партия Труда - неспособна защитить граждан своей страны.
Многим казалось, что страна
движется не к миру, а к катастрофе.
Ключевыми лозунгами в предвыборной агитации были:
мир и безопасность.
Продолжать мирный процесс или же остановить его?
Шимон Перес объявил себя продолжателем политики Рабина.
Он верил, что соглашение в Осло должно было принести долгожданный мир,
альтернативой которому была жизнь в страхе террора.
Вторым кандидатом стал новый лидер "Ликуда" Биньямин Нетанияху.
Он служил в элитном подразделении ЦАХАЛа, потом был послом в ООН.
Он считал, что Арафат не заслуживает доверия
и был против палестинского государства.
Ключ к безопасности заключался в отказе от мирного процесса
и принятия мер для обуздания арабского террора.
Борьба между кандидатами была напряженной.
Нетанияху победил с перевесом в 0.5%.
Смысл моего назначения - принести стране безопасность,
без которой невозможен мир. Это нелегкая задача,
а причины тому - в мировоззрении второй стороны:
неизбежные в ходе переговоров несогласия
воспринимаются ими как крах всех надежд, то есть,
все, завтра война, нас всех убьют, все бьют в барабаны...
Кроме того, они не пресекали вспышки насилия и поощряли террор,
что фактически вызвало новую волну террора.
А это абсолютно неприемлемо.
Нетанияху снискал поддержку национально-религиозного сектора.
Их поддержка была Нетанияху необходима.
Большая часть его избирателей была против соглашения в Осло.
Двигать мирный процесс вперед мог только Нетанияху,
но его действия были нерешительными.
Ярчайшим примером этому стал процесс передачи Хеврона,
процесс, затянувшийся на долгие месяцы.
Спорным пунктом Хеврон являлся уже давно.
В памяти арабов живо убийство, совершенное Гольдштейном,
а в памяти евреев - погромы 1929 года.
Территория Хеврона разделена.
Численность еврейского населения - всего 500 человек.
Хеврон - это колыбель нашей цивилизации.
Хеврон находится на том отрезке земли, где обосновался
наш праотец Авраам, когда он прибыл на Землю Обетованную.
3500 лет назад здесь поселился Авраам, а потом - Исаак и Иаков.
Позади меня - территория, на которой они жили.
Я связан с историей своей родины красной нитью.
Место, где я живу, самое уязвимое из всех.
Оно носит название Хеврона.
Однако Хеврон - арабский город. Там живет
20 тысяч арабов, не разделяющих убеждений еврейского населения.
В Хевроне сложилась ситуация, которую невозможно контролировать.
Это взрывоопасная зона.
Налицо - ситуация несправедливости,
и в дальнейшем нетерпимость в среде арабов будет расти.
Спустя несколько месяцев Нетанияху наконец
дал согласие на передачу арабам 75% территории города
при условии, что евреи останутся жить там, где живут.
Поселенцы отказываются куда-либо переезжать
и живут в состоянии неопределенности.
Общее состояние в их среде - тревожное.
Обстановка в Хевроне остается напряженной, атмосфера вражды
препятствует принятию решений, а времени остается все меньше.
У словия мирного договора требовали принятия решения до мая 1998 года,
причем речь идет о таких спорных вопросах, как новые границы,
будущее поселений и проблема палестинских беженцев.
Арафат сказал мне, что вопрос Иерусалима можно отложить до последней
фазы соглашения, но и этот срок уже на исходе.
Среди городов, разделенных политикой и религией, как Бейрут, Берлин
и Белфаст, Иерусалим занимает особое место.
Иудеи, мусульмане и христиане считают его святым для себя,
Он был построен на несовместимых мифах.
Город, который именуется столицей мира, вот уже много веков
является центром политических и религиозных конфликтов.
С 1948 по 1967 год Иерусалим был разделен на две части:
в западной проживали евреи, в восточной - арабы.
Часть города считалась нейтральной зоной.
В ходе войны 1967 года Израиль захватил восточный Иерусалим.
Евреи снова обрели доступ к своей главной святыне -
Стене Плача, оставшейся от второго Иерусалимского храма.
Иерусалим был провозглашен вечной неделимой столицей Израиля.
Палестинцы же мечтают видеть его столицей своего государства.
Для мусульман Иерусалим является духовным символом:
мечеть Аль-Акса -место, откуда Мухаммед вознесся на небо.
Наша связь с Иерусалимом - больше, чем просто духовная.
Это символ нашей культуры, символ преемственности поколений,
и он находится в самом сердце палестинского государства.
Поэтому мы считаем этот город своей национальной столицей.
Необходимо провести грань между религией и политикой.
Последние 3000 лет Иерусалим был столицей еврейского
государства, и больше ничьей.
Священным городом мусульман является Мекка, которая,
в свою очередь, не является столицей Саудовской Аравии.
Проблема Иерусалима - и сложный, и простой вопрос.
Без компромисса насчет него достижение мира невозможно.
Проживание в городе двух народов создает опасную ситуацию.
Любое недоразумение способно породить конфликт.
Пример тому - открытие туннеля в сентябре 96-го.
Арабы восприняли это как покушение на святыню палестинского народа.
В свое время Израиль снабдил полицию автономии оружием,
и теперь это оружие было направлено против израильтян.
В ходе 3-дневной перестрелки было убито 60 арабов и 16 евреев.
Дух сотрудничества, достигнутого в Осло, был подорван.
Перспективы казались мрачными.
Нетанияху прекратил переговоры, распустил все комиссии
и заморозил весь мирный процесс.
Клинтон и Хуссейн пытались уменьшить отрицательные
последствия возникшей ситуации.
Необходимо было восстановить доверие между сторонами.
В 1997 году на юге Иерусалима начали строить еврейский квартал.
Для арабов это было явное посягательство на столицу.
К тому времени конфликты стали частью повседневной жизни.
Результатом стало очередное столкновение в Хевроне.
Теракт на иерусалимском рынке унес жизни 14 человек,
более 100 человек было ранено.
Эта земля пропитана кровью,
я готов повторять это всем и каждому.
Еврейской, мусульманской, христианской кровью...
Кровь лилась тут и до, и после 1967 года и после Осло.
У людей должно появиться сознание доверия друг к другу, сознание
того, что мы все прилагаем усилия, чтобы добиться перемен.
К лету 1997 года переговоры окончательно зашли в тупик.
Попытки американцев сдвинуть их с мертвой точки были безуспешны.
Позиция каждой из сторон становится все непримиримее.
Мировое сообщество должно признать право
палестинцев на создание независимого государства.
Это будет долгий процесс, но он увенчается успехом, я знаю.
К идее создания палестинского государства я отношусь
отрицательно, так как предоставление государственности
нашим соседям будет угрожать нашей безопасности.
Инициаторы Осло пытались изменить систему мировоззрения.
Но исполнение их мечты грозит обернуться трагедией.
Новые политические лидеры должны приложить все усилия
к достижению взаимопонимания между двумя нациями.
Мы упускаем время, а ситуация требует немедленных действий.
Нам необходима поддержка США
и всего мирового сообщества, ведь этот регион требует внимания.
Мы проделали немалый путь, и теперь нам нужна как поддержка
всего мирового сообщества, так и собственная готовность
твердо сказать: "Давайте положим конец войнам и разрушению".
Мы переживаем очередной кризис. И все же на мой взгляд часть
изменений, вызванных мирным процессом, необратимы.
В ходе его были высказаны немыслимые доселе мнения,
были совершены не имевшие себе аналогов поступки,
а основы перемирия были закреплены подписями на бумаге.
Но прогнозы делать рано. Противники соглашений способны
своими действиями разрушить здание мирного процесса.
И это грозит обернуться трагедией для обеих наций.
Ведь эти соглашения стали возможными благодаря стечению
обстоятельств, которое, возможно, не повторится в будущем.
У спешное выполнение соглашений не означает воцарение идиллии,
но, возможно, в этом регионе наконец наступит мир.
Евреям и арабам был предложен путь, который ведет
к благам, превосходящим его опасности.
Путь к цели будет нелегким, но,
если мы не будем бороться за ее достижение,
ждать другой возможности придется, возможно, не одно поколение.
"Израиль: возрождение нации"
Перевод на русский язык: Наташа Шахнес
Производство субтитров: Видеофильм Интернешнл
В рамках 50-го юбилея образования государства Израиль,
мы повторяем серию передач "Израиль: возрождение нации",
впервые показанную в 1992 году.
Итак, "Израиль: возрождение нации, с Аба Ибаном, свидетелем событий".
ИЗР АИЛЬ: ВОЗРОЖДЕНИЕ НАЦИИ
Рассказывает Аба Ибан, свидетель событий.